Рабочее и социалистическое движение в Японии после окончания Второй мировой войны

Автор: Редакция от 30-05-2015, 02:39

Рабочее и социалистическое движение в Японии после окончания Второй мировой войныЦикл лекций об истории коммунистического и рабочего движения

Во второй половине 30-х и на протяжении периода Второй мировой войны японские правящие круги могли в определенном смысле праздновать победу. КПЯ была практически уничтожена и отдельные члены партии действовали только в эмиграции или глубоком подполье. Рабочее движение было полностью разоружено, все профсоюзы были поставлены под контроль правительства и приняли на себя обязательство об отказе от забастовок на время боевых действий в Китае.


В политике Японии усиливались фашистские тенденции. В 1940 г. были распущены все парламентские партии, включая и социалистическую массовую партию. Все профсоюзы с этого момента могли быть только правительственными. Следом за роспуском партий была создана «ассоциация помощи трону», в которую вошли не только радикальные фашиствующие элементы, но и многие руководители буржуазных партий, включая и бывших социал-демократов.

Пока японские войска вели успешные боевые действия, такая структура действовала достаточно стабильно, но уже в 1942-1943 гг., по мере того как перед Японией встала перспектива поражения всей Оси, внутри правящего класса обострились противоречия. Милитаристы требовали дальнейшего огосударствления промышленности, в то время как дзайбацу, напротив, выступали за то, чтобы весь контроль над военным производством был передан им. В итоге, в 1943 г. была проведена реформа, по которой дзайбацу значительно расширили свои полномочия по управлению промышленностью.

Прибыли от войны получали исключительно дзайбацу, трудящимся же доставались лишь лишения и тяжелый труд. Уже в 1941 г. в шести крупнейших городах страны была введена карточная система на рис. При этом, по мере того, как Япония начала терпеть поражения на Тихом океане, нормы снабжения стали урезаться. Трудности со снабжением зачастую вызвали возмущение населения, но разгром КПЯ и профсоюзов привел к тому, что выступления рабочих были изолированными и быстро подавлялись правительственными силами.

Коренное изменение в ситуации произошло лишь после того, как быстрое продвижение советских войск по Манчжурии и Корее отрезвило японские правящие круги. 14 августа было сделано заявление о капитуляции, а на следующий день сформирован новый кабинет министров во главе с Хигасикуни. Непосредственная задача кабинета Хигасикуни состояла в том, чтобы, используя влияние и авторитет императорской фамилии, безболезненно провести разоружение армии.

Высадка войск США в ЯпонииПосле заявления о безоговорочной капитуляции в стране начали высадку войска США. Их передовые части прибыли 28 августа 1945 г. В задачу оккупационных сил входил контроль за действиями японской гражданской администрации. Главой оккупационных войск стал Макартур. Первоначально в США господствовало мнение о том, что необходимо более или менее последовательно демократизовать Японию (однако вскоре оно сменится линией на поддержание императорской власти).

В октябре 1945 г. Макартур приказал отменить законы об общественном спокойствии и государственной тайне, а также распустить тайную полицию. Хигасимкуни, пытавшийся саботировать эти меры, был отправлен в отставку, а его место занял более сговорчивый Сидэхара. 11 октября штаб Макартура опубликовал директиву о гарантии основных прав человека и политических свобод. Директива состояла из следующих пяти пунктов:

равноправие женщин и их раскрепощение;
содействие объединению и организации рабочих;
демократизация системы обучения;
освобождение народа от абсолютистского строя;
демократизация экономики (в том числе, роспуск дзайбацу и аграрная реформа).

Затем, 2 ноября была опубликованы директивы, конкретизировавшие эти меры. В частности, запретили пользоваться старыми учебными пособиями, заморозили активы дзайбацу и объявили об отделении синтоизма от государства. Кроме того, Макартур приказал считать императора не богом а человеком.

Однако, по существу, эти директивы должны были лишь создать видимость демократизации. Директивы об императоре были направлены не на отмену монархии, а на её преобразование и встраивание в оккупационный аппарат. Роспуск дзайбацу проводился в первую очередь в тех отраслях, что конкурировали с американским капиталом.

Однако даже такие непоследовательные действия создали почву для развития рабочего и социалистического движения. Из тюрем были выпущены на свободу коммунисты, и КПЯ снова стала силой в общенациональном масштабе. Впервые за много лет партия получила легальность и смогла вести широкую агитацию. В декабре её численность превысила тысячу человек и продолжала расти.

Активизация КПЯ и разворачивающееся рабочее движение привели к тому, что стали восстанавливаться старые буржуазные партии. Их аппарат остался нетронутым, и старые лидеры после капитуляции организовали «новые» партии: Прогрессивную, во главе с Сидэхара, и Либеральную, во главе которой через некоторое время стал Ёсида, бывший в кабинете Сидэхара министром иностранных дел.

В начале ноября 1945 г. была организована социалистическая партия. Она была создана представителями руководства довоенных социал-демократов и из членов бывшей партии трудящихся. Она опиралась, главным образом, на верхушку рабочего класса и на мелкую буржуазию, а ее правое крыло почти ничем не отличалось от буржуазных партий.

В декабре 1945 г. на происходившем в Москве совещании министров иностранных дел СССР, США и Англии были приняты важные решения по дальневосточным вопросам. По инициативе Советского Союза было решено создать два органа — Дальневосточную комиссию и Союзный Совет для Японии, предназначенные для контроля над выполнением Японией условий капитуляции: демилитаризации и демократизации страны, наказания военных преступников, ликвидации власти дзайбацу. Но американское командование, обладая к тому временем реальной властью в Японии, вело свои дела фактически без оглядки на решения комиссии.

На фоне этих политических событий и экономического и продовольственного кризиса в Японии развернулось движение за воссоздание профсоюзов и начались попытки установить рабочий контроль на производстве. Рабочий контроль в данном случае служил тактическим приемом, с целью запугать капиталистов и пресечь попытки закрыть производство. После стабилизации ситуации и признания профсоюза, он обычно сворачивался.

Начало этому движению положила борьба рабочих и служащих газеты Ёмимури. 23 октября 1945 г. работники газеты потребовали от её хозяина Сёрики Мацутаро признания профсоюза и улучшения условий труда. Хозяин отказался, тогда работники установили над предприятием свой контроль, и заодно изменили редакционную политику, начав публиковать статьи с критикой реакционеров. Такое изменение резко подняло спрос на газету. Тем временем, Сёрики, пытавшийся обратиться в полицию, сам обратил на себя внимание оккупационных властей и был арестован как военный преступник. Поэтому в начале декабря руководство издательства было вынуждено признать все требования работников газеты законными и удовлетворить их.

Примеру Йомимури последовали и работники других предприятий, начиная с трамвайного парка Токио, который славился своими боевыми традициями еще со временен Сэн Катаямы.

Большой остроты трудовой конфликт достиг и в шахте Бибай на острове Хоккайдо, которая принадлежала компании Мицубиси. Рабочие установили на шахте производственный контроль, а затем блокировали управляющих, которые собрались в одном из клубов для обсуждения положения в отрасли. Испуганные окружением управляющие согласились на признание профсоюзов и на выполнение всех требований шахтеров.

1946 г. стал годом нового правительственного кризиса. Инфляция и перебои со снабжением приводили к тому, что борьба трудящихся приобретала уже политическую окраску, и все чаще на акциях протеста и забастовках звучали требования по отставке кабинета Сидэхары. Чтобы сбить накал борьбы и обеспечить буржуазным партиям большинство в парламенте были срочно проведены всеобщие выборы. На них все буржуазные партии выступили единым фронтом против КПЯ, которая требовала ликвидации монархии и формирования народного правительства. Социалистическая партия заняла промежуточную позицию, отказавшись от единых действий с КПЯ, чем фактически тоже играла на руку буржуазным партиям. В результате выборов Либеральная партия получила 139 мандатов, Прогрессивная — 93, Социалистическая — 92 и Коммунистическая партия — 5 мандатов.

Рабочее и социалистическое движение в Японии после окончания Второй мировой войны
Дуглас Макартур

В новых условиях американское командование пыталось сбить народное недовольство путем проведения аграрной реформы, и в значительной степени это ему удалось. Начался процесс перераспределения земли, но отчуждение участков у помещиков проводилось только путем выкупа, затем земля перепродавалась крестьянам. Естественно наибольшую выгоду приобрели кулацкие элементы и часть середняков, которые укрепив свое экономическое положение, стали господствовать во вновь создаваемых крестьянских союзах, сдвигая их политику вправо.

В новых условиях Сидэхара, несмотря на то, что долго цеплялся за кресло премьер-министра, вынужден был его покинуть, хотя перед этим он успел дискредитировать своего главного конкурента – лидера либеральной партии, поэтому разразился затяжной правительственный кризис.

На фоне этого кризиса разворачивались массовые демонстрации трудящихся. Первого мая 1946 года состоялся митинг, в котором приняли участие 500 тысяч человек; 8 и 18 мая состоялись крупные демонстрации рабочих, на которых требовали немедленного решения продовольственного вопроса и формирования демократического правительства.

Социалистическая партия решила воспользоваться обстановкой и потребовала предоставления ей права на формирование кабинета. КПЯ выступила в поддержку социалистов, потребовав в то же время достижения «соглашения между четырьмя оппозиционными партиями о совместной политике и разрешения кабинетом Социалистической партии вопросов, связанных с продовольствием, инфляцией и безработицей». В ответ на это Либеральная партия потребовала предоставления ей права на формирование нового правительства и отказалась вести совместную борьбу, мотивируя это невозможностью достигнуть с КПЯ соглашения о совместной политике в важнейшем в тот момент вопросе об изменении конституции.

Тем временем, внутри Социалистической партии возникли серьезные разногласия между правой и левой фракциями, что нанесло сильный удар демократическим силам. Правое крыло, возглавляемое Нисио Суэхиро, выступило за формирование кабинета Либеральной партией и создание широкого национального правительства без представителей компартии. Нисио выступил против левого крыла Социалистической партии, настаивавшего на необходимости оставаться в оппозиции до конца.

В результате, было начато формирование нового правительства из представителей буржуазных партий. Главой его стал Йосида Сигэру, который в предыдущем правительстве был министром иностранных дел. Макартур для поддержки кабинета издал «Предупреждение в связи с массовыми демонстрациями и выступлениями бунтовщиков».
Кабинет Иосида начал свою деятельность с опубликования заявлений (24 и 28 мая), в которых подчеркивалось, что правительство не может признать законным рабочий контроль при трудовых конфликтах и будет решительно «бороться за сохранение общественного порядка».

После этого был немедленно возобновлен конфликт в Ёмимури. Новый хозяин издательства попытался уволить с работы всех членов профсоюза в нарушение всех договоренностей и введенного в действие закона о профсоюзах. Когда работники отказались следовать незаконным приказам, туда прибыл полицейский отряд из 500 человек (надо отметить, что при демобилизации в управление полиции была переформирована гвардейская дивизия). Полиция штурмом взяла здание редакции и, избив всех, арестовала нескольких человек. В ответ на это 13 июля работники газеты объявили забастовку и забаррикадировались в типографии. 16 июля несколько сот полицейских вместе с группой бандитов атаковали типографию и силой изгнали оттуда забастовщиков. Все эти действия пользовались благосклонностью американского военного командования.

Это было первое открытое вмешательство правительства в трудовой конфликт с момента окончания войны, и оно показало, что характер правительства не изменился.

1 августа 1946 г. возобновила свою деятельность Нихон Родо Содомэй – японская федерация профсоюзов (в неё вошли 1699 профорганизаций; численность около 885 тыс. человек). Затем был создан конгресс производственных профсоюзов Японии (ЯКПП), в который вошла 21 профсоюзная отраслевая организация (его численность была около 1,6 млн. человек).

Помимо этих крупных организации был еще совет Японских профсоюзов (208 профорганизций; 180 тысяч членов). Существовали также отдельные профсоюзы, не входившие в федерации; самыми важными из них были Всеобщая федерация профсоюзов работников государственных железных дорог и Всеяпонская лига профсоюзов учителей. Таким образом, профсоюзы уже с момента своего воссоздания были расколоты, но, тем не менее, в ходе повседневной борьбы члены профсоюзов сближались и придерживались тактики единых действий.

Самыми активными участниками борьбы на первом этапе стали три профсоюза: железнодорожников, моряков и работников связи. Все три профсоюза боролись за признание со стороны администрации, обеспечение рабочим прожиточного минимума и против массовых сокращений.

Поскольку эти требования отражали общие интересы всех рабочих, ЯКПП провел расширенное заседание, где обсуждался вопрос о переходе от обороны к наступлению. В итоге, были прияты решения о массированной поддержке профсоюза моряков и выработаны общие цели для борьбы всех профсоюзов.

Во-первых, рабочие добивались подписания колдоговоров и учреждения совместных советов по управлению предприятиями, что позволяло укрепить позиции профсоюзов на производстве.

Во-вторых, рабочие приняли участие в движении за восстановление производства (хотя это было одно из спорных решений, так как оно могло помешать основной борьбе).

В третьих, осуществлялась борьба за прожиточный минимум для рабочих.

В октябре в стачечную борьбу один за другим включались крупные профсоюзы, которые в большинстве своем добивались успехов. На фоне этой компаний был сформирован единый стачечный комитет, который начал подготовку к всеобщей забастовке, намеченной на 1 февраля 1947 г. Координация действий профсоюзов постепенно налаживалась, но некоторые из них все еще осуществляли самостоятельные изолированные выступления без связи с товарищами. При этом, сопротивление со стороны буржуазии становилось все более ожесточенным.

Характерным примером является забастовка на часовом заводе Камио (компания Тоёдокёй) в ответ на локаут. В связи с разорением завода рабочие, объединившись, установили производственный контроль и за короткий срок увеличили производительность вдвое. Тогда хозяева использовали мелкий раскольнический профсоюз Досикай и штрейкбрехеров и смогли занять заводские помещения. Однако рабочие, получив помощь от ЯКПП, снова проникли на завод, чтобы вывезти продукцию, тогда на них было совершено новое нападение, в результате которого один из забастовщиков был убит. Полиция не вмешивалась в драку, несмотря на то, что нападавшие на рабочих штрейкбрехеры использовали холодное оружие.

Дальневосточная комиссия старалась поддержать борьбу профсоюзов, и ею были опубликованы 16 принципов организации японских профсоюзов, которые предусматривали для них полную свободу политической деятельности.

Обстановка продолжала накаляться. 18 января была опубликована декларация о всеобщей забастовке. Подготовка продолжалась ускоренными темпами, были созданы два центра по подготовке всеобщей забастовки – Объединенный стачечный комитет (в него входили профсоюз железнодорожников и другие мощные отраслевые профсоюзы, включая и учителей, и работников связи) и Всеяпонский объединенный стачечный комитет профсоюзов (в который входили все три федерации профсоюзов, включая ЯКПП и отдельные профсоюзы). КПЯ и СПЯ поддерживали рабочих, политически оформляя их протест.

Американцы попытались оказать на рабочих косвенное давление, но на сей раз профсоюзы были настроены серьезно и не собирались уступать. В конце концов, вечером 31 января штаб оккупационных войск от имени Макартура опубликовал официальный приказ о запрещении всеобщей забастовки. Сущность его состояла в том, что «в Японии, которая получает американскую помощь, всеобщая забастовка не может быть разрешена». Макартур заставил подтвердить заявление двух привезенных в его кабинет профсоюзных лидеров Ии (главу объединенного стачкома), и Судзуки (председателя профсоюза железнодорожников).

Открытое вмешательство оккупационных властей в первофевральскую всеобщую забастовку ознаменовало новый этап в развитии рабочего движения Японии. Впоследствии, на все забастовки, которые намечалось провести после 1 февраля (за исключением забастовки японского профсоюза транспортников и еще одной-двух забастовок), был распространен запрет в соответствии с упомянутым выше приказом Макартура.

В этих условиях правая фракция в СПЯ переметнулась на сторону правительства и выпустила декларацию о необходимости создания антикоммунистического фронта. Ту же позицию заняла и Содомэй.

Поражение всеобщей забастовки еще до её начала тяжело ударило по рабочему движению и КПЯ.

Борьба японских профсоюзовНепосредственно после издания приказа о запрещении первофевральской забастовки Макартур потребовал от японского правительства проведения всеобщих выборов. В апреле 1947 года в соответствии с директивой Макартура и новой конституцией были проведены выборы в местные органы власти и в парламент, чтобы направить недовольство в избирательные урны и изобразить демократический процесс перед СССР. Выборы проходили в условиях давления на коммунистов и помощи консерваторам всех мастей со стороны американцев.

Однако результат оказался несколько обескураживающим для Макартура: на выборах победила СПЯ. Она получила 143 мандата. Либеральная партия получила 131 мандат, Демократическая — 124, Народно-кооперативная — 31, Коммунистическая — 4 мандата. Тем не менее, Макартур спокойно отнесся к этой победе.

В СПЯ, тем временем, развернулась борьба за портфели в министерстве, в которую включилась даже левая фракция. Ради возможности получить кресло в правительстве «левые» 16 мая демонстративно разорвали отношения с КПЯ. Потом СПЯ заключила соглашение со всеми буржуазными партиями о проведении общей политики, полностью отказавшись от собственной программы. Был сформирован коалиционный кабинет во главе с Катаяма Тэцу – председателем СПЯ.

Первым его мероприятием было установление «новой системы товарных цен». В соответствии с этой системой правительство предоставляло монополистическим производствам субсидии для покрытия разницы между ценой и себестоимостью такой продукции как уголь, сталь, сера и т. п. Отпускная цена на эту продукцию была повышена в среднем в двести раз по сравнению с довоенным уровнем, что принесло капиталистам колоссальные прибыли. В то же время, заработная плата была повышена лишь в 27 раз по сравнению с довоенным уровнем и составила в среднем 1800 иен. Народу было предложено «потуже затянуть пояса».

Рабочее и социалистическое движение в Японии после окончания Второй мировой войны
Катаяма Тэцу

В результате политики кабинета Катаяма цены на черном рынке стали подниматься в среднем на 20 процентов в месяц. В соответствии с этим, правительство было вынуждено повышать государственные цены. В то же время, уровень заработной платы был заморожен. Кроме того, повсеместно наблюдалось запаздывание с распределением основных продуктов питания. Обещанное правительством установление контроля над угольной промышленностью так и не было проведено. Законопроект был благополучно сначала выхолощен, а потом и вовсе похоронен усилиями буржуазных партий.

Кабинет продержался до февраля 1948 г. За это время рабочее движение, подавленное вмешательством американцев и запретом всеобщей забастовки, снова подняло голову. Несмотря на то, что во многих профсоюзах произошли расколы, что ослабило их действия, напора все же хватило, чтобы рядовые члены СПЯ задумались над поведением руководства партии. В результате, на съезде СПЯ, открывшемся 16 января 1948 года, была принята резолюция об отказе от четырехпартийного соглашения о совместном политическом курсе. 10 февраля кабинет Катаяма ушёл в отставку. Его сменил кабинет Асиды – главы демократической партии, в который были включены социалисты и представители народно-кооперативной партии.

Отрезвление СПЯ было недолгим, вскоре она принялась осуществлять свою раскольническую деятельность. 14 февраля раскольническое профобъединение Миндо приняло название Лига демократизации производственных профсоюзов. Оно поставило себе задачу выдавить коммунистов из профсоюзов. Ему не удалось этого сделать, но оно добилось расколов сначала в профсоюзе железнодорожников, из которого выделилась антикоммунистическая лига, затем – в Содомэй. Был организован Новый конгресс производственных профсоюзов (Синсэгэмацу).

31 июля 1948 г. правительство пошло в наступление на профсоюзы, издав так называемый указ «О государственных служащих» или «Потсдамский указ №201» (он именовался так, поскольку принимался по приказу американцев). В этом указе всем работникам государственных учреждений запрещалось заключать коллективные договоры и проводить забастовки.

В ответ железнодорожники и профсоюз работников связи призвали к забастовке. Забастовка на железной дороге началась 6 августа. Центром борьбы против нового указа стало паровозное депо Синтоку на острове Хоккайдо. Еще накануне опубликования правительственного указа железнодорожники района Синтоку на Хоккайдо развернули борьбу за смену вентиляционного оборудования в тоннеле Карикацу и за сокращение количества вагонов в товарных составах. Вентиляционное оборудование этого тоннеля настолько износилось, что при прохождении через него поездов в паровозных бригадах постоянно имели место случаи удушья и ожогов.

После бесплодных попыток договориться с начальством председатель стачечного комитета профсоюзной организации службы движения в Синтаку Юхара покончил с собой, бросившись под поезд у входа в тоннель, чтобы хотя бы своей смертью заставить начальство пересмотреть свою позицию, но и этот поступок не изменил положение дел к лучшему. 7 августа рабочие Синтоку, узнав, что их забастовка запрещена, бросили работу, организовали «отряд действия в борьбе за национальную независимость имени Юхара» и стали разъезжать на поезде по всей префектуре, призывая к борьбе. В результате, всё большее число рабочих начало покидать работу. Отряды действия стали появляться и среди работников профсоюза связи, и постепенно их деятельность распространялась с севера на юг, с Хоккайдо до Кюсю и Сикоку.

Одновременно с этими событиями произошел штурм киностудии Тохо. В 1947 г. новый директор студии потребовал изгнать оттуда «красный цифры и красные флаги» (по-японски «красные цифры» означают «дефицит»). Затем, в силу того, что съемки фильмов стоили слишком дорого и легче было получать деньги на прокате иностранных лент, было объявлено о массовом сокращении на студии. В ответ работники объявили забастовку, которая приобрела большой резонанс в обществе, поскольку стала восприниматься не просто как трудовой конфликт, но и как попытка защитить национальную культуру от американской экспансии. Забастовка, длившаяся четыре месяца, была разогнана 19 августа. Площадь вокруг студии была блокирована американскими танками, а затем полиция приготовилась к штурму. Забастовщики во избежание кровопролития были вынуждены покинуть здание, что и сделали с пением Интернационала и под плакатом «насилием не разрушить культуру».

После разгрома забастовки было образовано движение в защиту японской культуры. Правительство же не останавливалось на одном успехе и начало масштабные «чистки красных» на других студиях и, особенно, в газетах и книжных издательствах.

Несмотря на усиление репрессий, рост численности полиции и давление со стороны американцев, рабочее движение не утихало, влияние КПЯ в нем не уменьшалось. Правительство же, по-прежнему, было крайне нестабильным, и осенью 1947 г., в результате скандала с монополией Сёва Дзэнко, кабинет Асида был отправлен в отставку. На его место был сформирован кабинет Йосида.

Добившись, благодаря изменению закона «О государственных служащих», лишения последних права на коллективные переговоры и забастовки, штаб оккупационных войск сразу же приступил к осуществлению нового мероприятия, направленного на подавление рабочего движения. 11 декабря начальник отдела труда штаба оккупационных войск Хелпер опубликовал три следующих принципа выплаты заработной платы:

запрещается повышение заработной платы, способное повлиять на цены на товары;
запрещается субсидирование предприятий для покрытия дефицита, возникающего в связи с выплатой заработной платы;
запрещаются правительственные дотации в тех же целях.

При этом указывалось, что эти принципы должны строго соблюдаться всеми предприятиями для того, чтобы покончить с беспорядком в управлении хозяйством. По общему мнению чиновников штаба оккупационных войск, осуществление этих принципов должно было предотвратить повышение заработной платы и ослабить усилившееся в конце года наступление рабочих, которое было организовано профсоюзом рабочих электроэнергетической промышленности, Японской федерацией профсоюзов шахтеров, Федерацией профсоюзов рабочих и служащих частных железных дорог, профсоюзом моряков, Всеяпонской федерацией профсоюзов рабочих металлургической промышленности и рядом других профсоюзных организаций.

Однако наступление рабочих продолжалось, несмотря на серьезное предупреждение Хелпера. Оно было приостановлено лишь после того, как 20 декабря Хелпер решительно потребовал прекратить забастовки. В результате, профсоюз рабочих электроэнергетической промышленности лишился скользящей шкалы заработной платы, которой он добился во время забастовки 1946 года. После четырехкратного обсуждения условий, предложенных шахтовладельцами по совету Хелпера, Японская федерация профсоюзов шахтеров, наконец, приняла их и тоже прекратила забастовку.

18 декабря правительство США направило штабу оккупационных войск план стабилизации японской экономики (так называемые 9 принципов стабилизации экономики). На следующий день этот план был направлен премьер-министру Иосида вместе с письмом Макартура, в котором последний предупреждал, что «все попытки отложить или нарушить осуществление этого плана должны подавляться, поскольку они являются угрозой общественному благосостоянию». В преамбуле плана указывалось, что 9 принципов являются эффективным планом стабилизации экономики, «который обеспечит быструю стабилизацию финансов, денежного обращения, цен на товары и заработной платы, а также будет содействовать максимальному увеличению продукции промышленности, работающей на экспорт». Фактически США готовились превратить Японию в опорную базу для собственных войск и поставщика сырья для американских компаний.

В этих условиях была начата подготовка к новым выборам 1949 г. На них социалисты потеряли значительную часть голосов, а КПЯ получила значительно большую поддержку, увеличив количество депутатов с 4 до 35.

После выборов было сформировано новое правительство – Кабинет Йосида, который продолжил политику закручивания гаек. Стали готовиться закон «о штатах» и закон «об охране общественного спокойствия».

24 марта начальник сектора труда и обучения штаба оккупационных войск заявил о запрещении забастовок протеста против изменения трудового законодательства. 22 мая были обнародованы изменения в законах «О профсоюзах» и «О регулировании трудовых отношений». В соответствии с этими изменениями при образовании профсоюзов, под предлогом «обеспечения демократии в профсоюзных организациях и их самостоятельности», рабочим вменялось в обязанность обращаться за разрешением к правительству. Кроме того, правительство получило право включать любое предприятие в список «предприятий общественного значения», что позволяло ему под предлогом «развития общественного благосостояния» осуществлять контроль и репрессии над рабочим движением. Данные законы расширяли полномочия комитетов по урегулированию трудовых конфликтов, в которых господствующее положение занимали капиталисты.

Наконец, в апреле-мае были введены правила сохранения общественной безопасности, согласно которым во всех городах Японии вводились ограничения на уличные шествия и демонстрации. 3 июня вступил в силу закон «Об уличных объявлениях», вводивший контроль даже на стенную печать.

Против ухудшенного трудового законодательства, против правил сохранения общественной безопасности, чистки административного аппарата и реорганизации предприятий единым фронтом выступили профсоюзы, входившие во Всеяпонский совет профсоюзов рабочих и служащих, государственных и общественных учреждений и в ЯКПП. Правительство Иосида ответило на это новой волной репрессий. 30 мая отряд полицейских напал на демонстрантов, собравшихся перед зданием Токийского муниципалитета и требовавших отмены правил сохранения общественной безопасности. В результате, был убит служащий городского трамвая. На следующий день полицейские разогнали вызванный этой расправой митинг протеста. Отделение профсоюза транспортников приняло решение объявить забастовку протеста против зверского убийства своего товарища. В связи с этим, руководство профсоюза транспортников Токио исключило из своего состава председателя профсоюзного отделения, начавшего забастовку. Затем он был уволен также и с места своей работы, но всё равно 9 июня началась забастовка рабочих и служащих государственных электрических дорог. Лига демократизации Федерации профсоюзов рабочих и служащих государственных железных дорог категорически потребовала немедленно прекратить забастовку. Однако она была прекращена лишь после приказа Макартура.

15 июня рабочие предприятий «Никко Хиросима» устроили в цехах итальянскую забастовку протеста против чистки. Подразделение оккупационной армии и отряд полицейских под предлогом того, что это предприятие включено в репарационный список, отдали приказ прекратить забастовку. После отказа рабочих вооруженные отряды решили выгнать их силой. В результате, произошло серьезное столкновение между рабочими и отрядами оккупационной армии. Выражая протест против подобных действий властей, профсоюзы работников связи и служащих городского трамвая в Хиросиме провели забастовку солидарности.

В такой напряженной обстановке 26 июня Центральный совет Федерации профсоюзов рабочих и служащих государственных железных дорог, несмотря на сопротивление Хосика, Сайто и других лидеров Лиги демократизации, 66-ю голосами против 45, принял решение начать забастовку протеста против чистки.

Рабочие были готовы к прямой схватке с оккупационными войсками, и в случае вмешательства американцев, забастовку готовились поддержать профсоюзы из ЯКПП, что сделало бы её действительно всеобщей. Общественное мнение было целиком на стороне железнодорожников, их поддерживали широкие слои мелкой буржуазии и прогрессивная интеллигенция.

Рабочее и социалистическое движение в Японии после окончания Второй мировой войны
Японские коммунисты сегодня

Однако правительство и оккупационные войска прибегли к провокациям. С конца июня 1949 года в японской прессе стали все чаще появляться сообщения, о якобы имевших место случаях остановки поездов в связи с мелкими авариями. Именно в такой обстановке 4 июля было объявлено о проведении первой чистки на железных дорогах, а 5 июля внезапно исчез генеральный директор государственных железных дорог Симояма. Его труп был найден на железной дороге. В убийстве обвинили коммунистов и профсоюзников. В связи с этим, были арестованы работник отделения профсоюза участка Митака государственных железных дорог коммунист Иида и рабочий Такэути. Дело развалилось уже через несколько недель, и прокуратура сделала заявление о том, что Симояма покончил жизнь самоубийством. Однако общественное мнение, выступавшее против чистки, было отвлечено громким делом. Председатель центрального комитета борьбы Федерации профсоюзов рабочих и служащих государственных железных дорог вместо того, чтобы, следуя решению центрального комитета, начать забастовку, признал неправомочным пребывание в комитете 17 левых членов, получивших извещение об увольнении, распустил комитет и издал предписание за нулевым номером о созыве нового центрального забастовочного комитета, в который не было включено ни одного человека, получившего приказ об увольнении. Все это привело к разброду в Федерации профсоюзов рабочих и служащих государственных железных дорог.

Власти тем временем наращивали активность провокаций. 15 июля на станции Митакая с рельсов сошел пустой электропоезд и врезался в полицейскую будку, а затем в жилой дом. В результате, погибли 8 человек, 14 получили ранения. Коммунистов обвинили в саботаже и терроризме. Были арестованы 9 коммунистов, процесс длился до начала августа, потом все были оправданы.

Сразу за оправданием, 17 августа, произошло крушение поезда №412 на перегоне между Мацукава и Такигава. 10 сентября по подозрению был арестован бывший железнодорожный рабочий Акама. Позднее, на основании «признания» Акама, начались аресты среди активистов мацукавского отделения профсоюза предприятий «Токио сибаура дэнки» и фукусимского отделения Федерации профсоюзов рабочих и служащих государственных железных дорог, развернувших в то время активную совместную борьбу. По решению суда в декабре 1950 г. пять человек были приговорены к смертной казни, пятеро получили пожизненное заключение, остальные – по 15 лет. Такие обвинения вызвали возмущение в обществе, и дело неоднократно пересматривалось, но лишь в 1961 г. подсудимые были оправданы, а следствие прекращено, настоящих же виновников так и не нашли. Буржуазная историография Японии обычно преподносит это дело как пример судебной ошибки, до сих пор отрицая сознательную провокацию правительства.

6 июня 1950 г. японская компартия оказалась перед лицом новых тяжелых испытаний. В этот день Макартур отдал приказ японскому правительству отстранить от общественных постов всех членов ЦК компартии. В этой новой незаконной директиве Макартура, направленной против японского народа в целом, перечислялись 24 члена ЦК КПЯ и среди них генеральный секретарь Токуда Кюити. Японскому правительству предписывалось принять административные меры с тем, чтобы устранить членов ЦК КПЯ со службы в государственных и общественных предприятиях. 7 июня последовала новая директива Макартура об отстранении от политической деятельности еще и 17 работников газеты «Акахата» — центрального органа Японской компартии, а также ряда коммунистов — депутатов парламента и об арестах японских коммунистов и патриотов в различных районах страны.

Правительство Ёсида ревностно выполняло директивы американского штаба. Компартия Японии после 6 июня 1950 г. снова оказалась на полулегальном положении.

С началом войны в Корее американская политика, направленная на подавление коммунистического и рабочего движения, привела к своему следующему шагу – ремилитаризации Японии и превращению страны в плацдарм для борьбы против СССР и КНР.

Рабочее и социалистическое движение в Японии после окончания Второй мировой войны

Война в Корее

8 июля 1950 года, спустя всего две недели после того, как американская и южнокорейская армии начали военные действия на Корейском полуострове, главнокомандующий вооруженными силами ООН Макартур направил правительству Иосида директиву о создании 75-тысячного полицейского резервного корпуса и об увеличении штата Управления морской полиции на 8 тысяч человек. 10 августа правительство, минуя парламент, опубликовало его, а 23 августа первая группа добровольцев, в количестве свыше 7 тысяч человек, уже была зачислена в корпус. Полицейским выдали стрелковое оружие, включая ручные пулеметы. Резервный полицейский корпус по сути стал колониальной армией, которая подавляла выступления трудящихся внутри Японии в то время как войска США были переброшены в Корею. Затем в 1951 г. муниципальная полиция была переформирована в государственную. Полицейские получили право на ношение личного оружия, а железнодорожную полицию даже напрямую обязали носить пистолеты, очевидно, все еще опасаясь выступлений на железных дорогах.

Война в Корее окончательно превратила экономику Японии в исполнителя заказов американской военной промышленности.

Был создан так называемый план «японо-американского экономического сотрудничества», по которому было начато субсидирование производства необходимых войскам США в Японии военных материалов. Кроме того, была фактически воспрещена торговля с КНР и СССР, вместо этого предполагалось усилить закупки сырья в США и связи со странами юго-восточной Азии. Это приводило к тесной привязке Японской экономики к США. Япония была лишена свободы маневра даже в рамках торговли с капиталистическим странами, так как активное проникновение в юго-восточную Азию сталкивало её с английским капиталом.

Подчинение японской промышленности американской военной промышленности происходило и по линии многочисленных «специальных военных заказов» и «новых специальных военных заказов», которые США делали в Японии в связи с войной. Благодаря этим заказам, в Японии начался бурный рост военных отраслей производства, которые бездействовали со времени окончания войны на Тихом океане. Был создан целый ряд так называемых «военных компаний», которые занимались главным образом выполнением американских военных заказов.

Для того, чтобы ускорить милитаризацию экономики, в Японии были значительно увеличены различные ассигнования на оборону и на полицейский резервный корпус. Банковский капитал стал проводить по отношению к капиталистическим монополиям инфляционную политику чрезмерного выпуска займов и резко сократил кредит мелким и средним предприятиям. Наряду с этим, в декабре 1951 года США издали указ о контроле над экспортными операциями, наложив тем самым запрет на японскую торговлю с КНР.

Таким образом, США, предоставив Японии специальные военные заказы, получили взамен возможность дальнейшего подчинения японской экономики и принудили Японию покупать у стран долларовой зоны дорогостоящие продовольствие и сырье (каменный уголь, железную руду и особенно хлопок).

Наряду с сформированием полицейского резервного корпуса и милитаризацией экономики американские оккупационные власти и японское правительство провели ряд мероприятий с целью укрепления реакционных сил Японии. Этот комплекс мероприятий получил название «обратного курса».

Указ об отстранении от государственной и общественной деятельности, принятый против милитаристов и фашистов, которые ввергли японский народ в войну на Тихом океане и навлекли на него разруху и несчастья, стал применяться против коммунистов и лидеров рабочего движения. В то же время подвергшиеся раньше чистке милитаристы стали вновь допускаться к активной общественной и государственной деятельности.

К маю 1948 года под указ о чистке подпало около 200 тысяч человек. А в феврале 1949 года был вновь создан Апелляционный комитет. В октябре 1950 года с санкции и одобрения штаба оккупационных войск японское правительство объявило о реабилитации 10090 человек, в том числе, и кадровых военных.

8 ноября был освобожден один из главных военных преступников Сигэмицу Мамору, отбывавший срок заключения в тюрьме Сугамо. 30 ноября была проведена очередная реабилитация 3297 кадровых военных, причем большинство из них заняли руководящие посты в формировавшемся в то время полицейском резервном корпусе. Реабилитированные военные получили также право выпускать собственные газеты и организовывать союзы.

Рабочее и социалистическое движение в Японии после окончания Второй мировой войны
Сигэмицу Мамору

Чуть меньшие масштабы носила реабилитация среди политиков, которые значительно усилили правые крылья буржуазных партий, с радостью принимавших в свои ряды только что реабилитированных соратников.

Последствия реабилитации сказались в период, когда на повестку дня встал вопрос о заключении мирного договора, когда американские оккупационные власти и правящие круги США отрыто встали на путь ремилитаризации Японии.

Рабочее и социалистическое движение в Японии после окончания Второй мировой войны1 мая 1951 года новый главнокомандующий оккупационными войсками Риджуэй издал приказ, разрешавший японскому правительству пересматривать и изменять все так называемые Потсдамские указы.

Сразу же после этого правительство начало проводить реабилитацию в широких масштабах. В июне им было реабилитировано около 70 тысяч человек, в августе — 103 тысячи, среди них — около 4 тысяч бывших военных. К апрелю 1952 года, то есть к тому времени, когда вступил в силу мирный договор, из 202 082 лиц, подвергшихся чистке, были реабилитированы 201 577 человек. Были реабилитированы даже бывшие чиновники тайной полиции и чиновники управления полицейского надзора.

Началось массовое возвращение правых в систему образования. По закону о реабилитации педагогов к преподаванию допустили 68 тыс. человек. Такая политика способствовала росту правых организаций. Наряду с организованными вскоре после окончания войны «Японским революционным братством знамени хризантемы» (март 1947 года) и партией Ямато (май 1947 года) в мае 1951 года появился «Новый союз японского народа», в августе — партия Согласия (Кёвато). Затем были созданы Общество верного служения императору, Промышленная партия Великой Японии, Лига патриотов (Айкокуся), группа «Новое национальное движение». Наконец, в феврале 1952 года, незадолго до вступления в силу мирного договора, Акао Бин создал Центральный штаб всех антикоммунистических организаций, число которых достигло к тому времени 270.

Левых, наоборот, изгоняли из всех массовых организаций, последовательно стараясь выдавить коммунистов из профсоюзов, а начиная с указа Макартура – из всех СМИ и системы образования. Правительству сравнительно легко удалось начать чистку с запрещения органа компартии «Акахата» и газет, ставших ее преемниками. Сложнее было выбить коммунистов с предприятий, где рабочие решительно поддерживали КПЯ.

В этом отношении показателен ход чистки среди рабочих Федерации профсоюзов предприятий «Хитати», которая составляла ядро Всеяпонского профсоюза рабочих металлургической промышленности, входившего в Конгресс производственных профсоюзов Японии (ЯКПП). 15 мая Федерация получила уведомление об увольнении 5555 рабочих. Она призвала рабочих к решительной борьбе против увольнений.

Особенно острый характер борьба приняла на трех заводах в районе Хитати. Местные власти сказались бессильными против забастовщиков, которые заняли заводские помещения. Но в связи с тем, что борьба затянулась, а руководство ЯКПП, не помогло рабочим Хитати, последние стали испытывать серьезные финансовые затруднения и заколебались.

Этим воспользовались местные власти. 1 июля, стремясь одним ударом покончить с конфликтом, они арестовали боевое руководство федерации во главе с заместителем председателя федерации Кобаяси, обвинив их в незаконном проникновении на территорию предприятий.

Возмущенные подобными действиями, рабочие и горожане провели стихийную демонстрацию, в которой приняло участие свыше 20 тысяч человек. Демонстранты потребовали освобождения арестованных.

Но после ареста руководства федерация не смогла по-настоящему организовать борьбу рабочих и 10 августа была вынуждена, в конце концов, согласиться на проведение чистки. Поражение рабочих Хитати в значительной степени облегчило правительству проведение дальнейших репрессий.

30 августа 1950 года оккупационные власти приказали распустить Национальный совет связи между профсоюзами, запретив руководящим членам совета (бывшему председателю Всеяпонского профсоюза работников связи Добаси и др.) заниматься общественной деятельностью. Этим был нанесен удар по главному центру, направлявшему борьбу рабочих против «чистки красных».

В результате чистки с предприятий Японии было уволено 12 тысяч активистов. КПЯ пыталась организовать противодействие, но ничего не получалось, удары нанесенные по профсоюзам, в связи с провокациями на железной дороге в Мацукава, деятельность лиг демократизации и страх колеблющихся людей перед увольнениями, привели к тому, что «чистка красных» была совершена в полном объеме.

Наряду с широким проведением «чистки красных» в Японии под предлогом необходимости «сотрудничества с Организацией Объединенных Наций» осуществлялось наступление на жизненный уровень рабочих.

Война в Корее принесла колоссальные военные прибыли японским предпринимателям. Источником этих прибылей был рост цен и усиление эксплуатации трудящихся, осуществлявшееся путем снижения заработной платы, усиления интенсификации труда и удлинения рабочего дня. В феврале 1951 года оптовые цены на товары возросли по сравнению с июнем 1950 года на 35,7%, цены на средства производства увеличились на 52,8%, а цены на предметы потребления — на 17,6%. За тот же период номинальная заработная плата возросла только на 10%.

Рабочее и социалистическое движение в Японии после окончания Второй мировой войныБыла значительно увеличена продолжительность рабочего дня, особенно в машиностроении и приборостроении, что вело к росту производственного травматизма (примерно на 20%, причем больше половины травм были крайне серьезны и лишали трудоспособности навсегда).

Под предлогом утверждения дисциплины в цехах было проведено укрепление низших слоев надсмотрщиков и проведена дальнейшая интенсификация труда. Регламентировалось даже время, необходимое рабочим для мытья рук и принятия душа. Были введены нагрудные удостоверения личности и строго запрещены посещения других цехов. Создавались различные организации фашистского толка, которые должны были держать в страхе профсоюзы и при необходимости выступить штрейкбрехерами.

Капитал также старался закрепить большой разрыв в запрете надсмотрщиков, квалифицированных и неквалифицированных рабочих, привязывая размер зарплаты к системе служебной категории.

В связи с быстрым ростом производства возникла нехватка в кадрах, которую восполняли за счет временно нанимаемых рабочих. Они принадлежали к «группам» различных поставщиков рабочей силы и только через них могли устроиться на работу. Поскольку временные рабочие обычно соглашались на низкую заработную плату, это вело к ухудшению материального положения постоянных рабочих.

Японские трудоголикиЭти действия привели к тому, что значительно сократилось количество забастовок – в 6 раз по сравнению с 1948 годом. Все эти факты как нельзя более ясно свидетельствовали о том, в каких масштабах проводилась «чистка красных», как жестоки были последовавшие за ней репрессии и насколько ослабела воля к борьбе у рабочих и профсоюзного руководства. Наступление реакции было поддержано и на идеологическом и культурном фронте, начата «чистка красных» в ВУЗах и реабилитация милитаризма в пропаганде и культуре.

После начала войны в Корее, фактическое соучастие в которой принимала Япония, еще более актуальным стал вопрос о заключении мирного договора с Японией, чтобы гарантировать нейтральный статус страны и предотвратить её ремилитаризацию. СССР предлагал возложить подготовку мирного договора с Японией на Совет министров иностранных дел четырех держав (СССР, США, Англии, Китая). США всячески стремились обойти Совет министров иностранных дел, в котором существовал принцип единогласия, и сосредоточить всю подготовку договора в Дальневосточной комиссии, где у них было послушное большинство.

Правящие круги США рассматривали мирное урегулирование с Японией с позиций «холодной» войны, как средство превращения Японии в своего сателлита. США стремились к тому, чтобы закрепить в мирном договоре или в сопутствующих ему соглашениях экономические и политические позиции, которые они приобрели в период оккупации, сохранить свой контроль над Японией.

Эта линия США в целом находила поддержку со стороны монополистического капитала Японии, видевшего в американских войсках главную опору восстановления своего пошатнувшегося экономического и политического господства в стране. Ради сохранения и укрепления своих позиций монополии готовы были на ограничение национального суверенитета Японии и после заключения мирного договора.

США попытались навязать другим странам, участвовавшим в войне с Японией, свои условия мирного договора. Американский проект мирного договора исходил из сохранения американских войск в Японии после его заключения, из признания права Японии на перевооружение. СССР выступил против такого нарушения обязательств между союзными державами и предложил снова созвать совет министров, чтобы выработать мирный договор с соблюдением всех обязательств по демилитаризации Японии.

Стремление правящих кругов США навязать Японии зависимое положение под видом мирного урегулирования вызвало протесты японских демократических сил. В стране развернулось массовое движение за всесторонний мирный договор с участием всех стран, воевавших с Японией. В январе 1951 г. по инициативе Коммунистической, Рабоче-крестьянской партий, ряда демократических организаций был создан Совет патриотического движения за всесторонний мирный договор. Он организовал сбор подписей под обращением о заключении всестороннего мирного договора, против ремилитаризации страны. Под этим обращением было собрано 4,8 млн. подписей. Кроме того, 6,4 млн. человек подписались под Стокгольмским воззванием Всемирного Совета Мира за запрещение атомного оружия. Движение за всесторонний мирный договор стало основой развернувшегося в дальнейшем широкого движения за мир. При этом СПЯ опять раскололась на левую и правую Социалистические партии. Левые выступили под лозунгом создания «партии класса», в то время как правые стояли за «партию народа». Таким образом, борьба между левыми и правыми за гегемонию внутри Социалистической партии привела к расколу. Однако вскоре, накануне выборов, обе партии снова объединились. Это произошло на объединительном съезде в апреле.

Продолжавшаяся война в Корее способствовала усилению антивоенных настроений в Японии. На VII съезде СПЯ в январе 1951 г. вопреки сопротивлению правого крыла были приняты «три принципа мира» – ликвидация американских военных баз, заключение всестороннего мирного договора, обеспечение нейтралитета Японии. В марте 1951 г. на II съезде Сохё были единодушно приняты «четыре принципа мира» – три, выдвинутых ранее социалистами, а также недопущение ремилитаризации Японии.

В сентябре 1951 г. США при поддержке Англии созвали в городе Сан-Франциско мирную конференцию, которой был представлен разработанный этими государствами проект мирного договора с Японией. СССР принял приглашение участвовать в конференции с тем, чтобы содействовать заключению подлинного демократического мирного договора.

Несмотря на настойчивые требования СССР, на Сан-Францисскую конференцию не были приглашены КНР, КНДР, МНР и ДРВ. Индия и Бирма, не согласные с американо-английским проектом мирного договора, не приняли в ней участия.

Сан-Францисский мирный договор, формально восстанавливавший суверенитет Японии, в то же время допускал возможность размещения или сохранения иностранных вооруженных сил на ее территории, если об этом будет заключено специальное соглашение. Договор не устанавливал ограничений на ремилитаризацию Японии, ее участие в военных блоках. СССР отказался подписывать мир на таких условиях.

Сан-Францисский мирный договорОдновременно с мирным договором в Сан-Франциско был подписан «договор безопасности» между США и Японией, по которому США получили право содержать свои войска в Японии и после заключения мирного договора, под предлогом ее «обороны» и «предотвращения вооруженного нападения на Японию».

«Договор безопасности» санкционировал прямое вмешательство США во внутренние дела Японии в случае непосредственной угрозы существующему строю: в нем предусматривалось использование американских войск «для подавления крупных внутренних бунтов и беспорядков».

И Сан-Францисский мирный договор, и японо-американский «договор безопасности», серьезно ущемлявшие суверенитет Японии, вызвали резкие протесты демократических сил страны. Коммунистическая и Рабоче-крестьянская партии, многие профсоюзы и другие массовые демократические организации выступили против ратификации обоих договоров.

Полную поддержку договорам оказывали правящая Либеральная партия (Дзиюто), образовавшаяся в марте 1950 г. на базе Демократическо-либеральной партии, а также другая буржуазная партия – Народно-демократическая (Кокумин, минсюто), созданная в апреле 1950 г. в результате слияния Демократической и Народно-кооперативной партий.
Отношение к договорам вызвало острые разногласия внутри Социалистической партии. Правое крыло СПЯ при поддержке части центристов сумело в октябре 1951 г. провести на заседании ЦИК партии незначительным большинством свою линию, предусматривавшую поддержку мирного договора и несогласие с «договором безопасности», вопреки возражениям левого крыла, выступавшего против обоих договоров.

Для определения окончательного отношения партии к заключенным договорам в октябре 1951 г. был созван внеочередной VIII съезд СПЯ, большая часть делегатов которого, представлявшая местные партийные организации, поддерживала левых социалистов. Правые покинули съезд, который так и не принял никакого решения. На раздельных заседаниях правой и левой группировок были избраны их руководящие органы. Председателем Левой СПЯ стал Судзуки, правой – Каваками. Из парламентской фракции социалистов на долю правых приходилось 60 депутатских мест в обеих палатах, левых – 46.

В октябре 1951 г. палата представителей ратифицировала мирный договор и японо-американский «договор безопасности». Договор о мире и «о безопасности» вступили в силу 28 апреля 1952 г., после чего парламентом был введен давно готовившийся закон «о предотвращении подрывной деятельности», а также запрещена первомайская демонстрация на народной площади перед Императорским дворцом.

Несмотря на то, что власти добились подписания сепаратного мира и договора с США, противники ремилитаризации Японии и присутствия войск США на её территории по-прежнему продолжали акции протеста. Жесткая политика «чистки красных» подорвала забастовочное движение. Забастовки из-за оппортунизма лидеров профобъединений не достигали размаха 1947 г., активность проявляли лишь металлисты и железнодорожники. В итоге, главным для левых в этот период оказался уличный протест. Именно поэтому организаторы Первомая решила выступить против решения властей о запрете проведения митинга на Народной площади.

Первомайский митинг сначала состоялся около стадиона Дзингу и собрал около 500 тыс. человек, а на нем была принята резолюция «вернуть народную площадь народу» и провести Первое мая там. После этого колонны демонстрантов по разным маршрутам двинулись в центр Токио. Полиция нападала на демонстрантов, используя слезоточивый газ, а затем и огнестрельное оружие. Демонстранты оборонялись древками флагов и голыми руками. Поскольку демонстранты подходили к площади в разное время, и полиция тоже получала подкрепление неравномерно, площадь дважды переходила из под контроль демонстрантов. В результате столкновений было ранено более тысячи человек, 1300 арестовано. Власти обвинили в этом столкновении компартию. Объявив, что зачинщиком столкновений стала «советская женщина». Ею оказалась Фудзикава Анна – жена бывшего руководителя профсоюза электриков, родившаяся в США.

Рабочее и социалистическое движение в Японии после окончания Второй мировой войны

Красная армия Японии

Используя первомайские события в Токио в качестве предлога, правительство подтвердило введенное в период американской оккупации запрещение забастовок работников государственных и муниципальных предприятий и учреждений. В трудовое законодательство были внесены поправки, направленные на ограничение забастовочной борьбы трудящихся, на запрещение всеобщих стачек.

КПЯ же в этот период была вытеснена из легальной общественной жизни, из-за чего в партии усилились поляризующие тенденции. Оппортунисты призывали к капитуляции и вхождению в СПЯ, в свою очередь, левые радикалы настаивали на уходе в глубокое подполье и на организации вооруженной борьбы. Впоследствии эти тенденции привели к тому, что левые постепенно были вытеснены из КПЯ, а в 60-е годы верх в ней взяли оппортунисты. Оппортунизм КПЯ, в свою очередь, вызвал к жизни движение «новых левых» и создание Красной армии Японии (Нихон Секигун).

Михаил Марков

Источник

Автор: Редакция от 30-05-2015, 02:39

Рубрика: Аналитика, Полезная литература, История и опыт

Администрация сайта www.socdeistvie.info не несет ответственности за содержание комментариев читателей. Вся ответственность за содержание комментариев возлагается на комментаторов.
Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.
Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.